Скачали: 2 раза
Литейный театр представлял собой типичное для отечественной коммерческой сцены предприятие - с полуграммотными текстами афиш и программок, восходящих к балаганным анонсам, с дежурными костюмами и декорациями, кочевавшими из спектакля в спектакль и из одного театра в другой.
Справедливости ради следует все хже отметить, что среди исполнителей “гиньолей” были люди отнюдь не бесталанные и вполне профессионально владевшие своим ремеслом. Кто-то из них окончил Императорское театральное училище в Петербурге. Многие успели составить себе имя на частных провинциальных и петербургских сценах. Однако в Литейном им приходилось играть умолишенных, маньяков, садистов либо их жертвы.
И все же главная причина охлаждения публики к Литейному театру крылась не в жалком уровне “гран-гиньольных” постановок и даже не в том, что театр ужасов не мог состязаться с ужасами русской современности, а в меняющейся атмосфере российской жизни.
В.А. Казанский с его способностью трезво оценить ситуацию и быстро в ней сориентироваться, сразу же “видоизменяет физиономию театра ужасов на физиономию просто театра кратких и разнохарактерных пьес”. Гиньоли и мелодрамы, которые тем не менее остаются, он разбавляет пародями и одноактными комедиями.
Пьесы, которые ставили в театре на Литейном Казанского, переводные или отечественные, гиньоли или пародии, были, как правило, решительно нехороши, даже когда автором Литейного театра выступал не кто иной, как Вс. Э. Мейерхольд. Однако, став автором многочисленных пьес, критики получили еще одну возможность свести счеты с Мейерхольдом.
Программы театра сильно изменились за три года его существования, многие спектакли стали заканчиваться концертами (разнохарактерными дивертисментами). В конце концов представления о театре на Литейном достигли немыслимого разнообразия и какой-то невиданной доселе пестроты.
Удивительно, что внутри этого жанрового хаоса, едва он достиг критической точки, в какой-то момент - сам момент был обозревателями пропущен и не зафиксирован - произошло неожиданное сцепление элементов, образовав новую зрелищную разновидность. Для нее сразу было придумано название: “Мозаика”, которое на два года сменит прежне. Тут же за этой новой формой закрепилось жанровое обозначение: “Театр миниатюр”. Театр без жанра обрел, наконец, свой жанр.
Причем новизна этой зрелищной формы состояла лишь в самом способе сцепления ранее не сводимых вместе элементов и в чрезвычайно дробной - и чем дальше, тем все более мельчающей структуре. Сами же составные части этой странной смеси были, как нетрудно заметить, совсем не новы. Нарождающейся театр миниатюр “свое” находил повсюду.
Осенью 1912 года в театр пришел новый главный режиссер Г.Г. Ге, известный актер Александринского театра. К тому времени Казанский уже не был владельцем театра - он принадлежал теперь Е.А. Мосоловой. Казанский был главным режиссером, но он начал давно отходить от дел, а в 1913 году он умер, не дожив до пятидесятилетия. Умер Казанский в нищете, а деньги были собраны по подписке.
С новым режиссером Мосолова связывала надежды на обновление “Мозаики”. Близкий художественным кругам режиссер должен был, по ее расчетам, облагородить стиль театра и осовременить его репертуар.
Перемены зритель почувствовал сразу де. Среди авторов миниатюр, сценок и скетчей появились имена Б.Шоу, А.Чехова, Ги де Мопассана. режиссер даже попробовал поставить на сцене бывшего театра ужасов “Веселую смерть” Н.Евреинова. Но поставновка оказалась неудачной, и евреиновский трагифарс сразу же со сцены Литейного сошел.
С приходом Г. Ге, вознамерившегося поднять “Мозаику” до уровня искусства, программы театра не стали менее дробными. Время, отводиоме номерам и сценкам, все более и более сокращалось, что вызвано резким сокращением продолжительности представлений. Они шли теперь час десять - час пятнадцать минут. Экономия во времени давала возможность каждый вечер играть по три спектакля - в семь часов, в восемь тридцать и в десять сорок пять.
Г. Ге покинул театра “Мозайка” очень скоро, не дотянув и до конца сезона. Но это не помешало ему до конца дней оставаться убежденным в том, что идея театра миниатюр принадлежит ему - о чем он и написал в своих неопубликованных заметках.
В Литейном не раз сменялись художественные руководители, но это никак не влияло на способ строения зрелища7 Сам структурный принцип жанра миниатюр - мозаичное полотно, пестрый коллаж, накрепко схваченный потребностью времени, - никак не сменялся.
Скачали: 2 раза
