Скачали: 38 раз
Мы говорим, что вероятность выпадения монеты на орла равняется 1/2. Каковы основания для этого вероятностного суждения? Поведение монеты объективно вероятностно, или мы просто не полностью знаем все детали того процесса, которые приводят к этому результату?
В классической физике эту ситуацию обычно рассматривают таким образом: поскольку все в мире однозначно предопределено, то, если бы мы точно учли все детали: распределение массы монеты, точку приложения силы, величину импульса, с какими молекулами воздуха и как будет взаимодействовать монета при движении и т.д., мы могли бы высказать аподиктическое, а не вероятностное суждение о том, как упадет монета.
Таким образом, с этой точки зрения в природе отсутствуют вероятностные процессы, а наши вероятностные суждения связаны с тем, что мы не имеем полной информации о действительности.
Эйнштейн полагал, что так же обстоит дело и с квантовомеханическими явлениями. Следует обратить внимание на то, что истолкование Эйнштейном аппарата квантовой механики базируется:
n во-первых, на определенных представлениях о действительности. согласно которым в мире все однозначно детерминировано,
n во-вторых, на представлениях о характере научной теории: теория, в которой есть вероятность, неполна, но неполные теории имеют право на существование.
n Бор предложил другой вариант истолкования этой же ситуации.
Он утверждал, что квантовая механика полна и отражает принципиально неустранимую вероятность, характерную для нашего постижения микромира.
Эта точка зрения совершенно противоположна точке зрения Эйнштейна и в плане представлений о мире и в плане представлений о Гносеологическом статусе вероятностной теории.
Очевидно, что, вычленяя в структуре локального научного знания только два уровня — эмпирический и теоретический, - невозможно истолковать научную теорию как знание.
С этих позиций ее в лучшем случае можно истолковать лишь как аппарат описания и предсказания эмпирических данных. Однако такая позиция никогда не устраивала ученых.
Ученые никогда на этом не останавливаются, стремясь истолковать науку не только как описание непосредственно наблюдаемых явлений, но и как отражение объективной реальности, которая лежит за явлениями, за наблюдаемым. В рассмотренном случае и у Эйнштейна и у Бора отчетливо видна эта тенденция, выразившаяся в построении определенных интерпретаций квантовой механики с позиций различных философских представлений.
Обратим внимание на то, что в науку теория может войти в таком виде, в каком она не представляет собой знания в полном смысле этого слова. Она уже функционирует как определенный организм, уже описывает эмпирическую действительность, но в знание в полном смысле она превращается лишь тогда, когда все ее понятия ползают онтологическую и гносеологическую интерпретацию.
Итак, в науке существует уровень философских предпосылок. Ясно, что в зависимости от того, с какой наукой и какой теорией мы имеем дело, философские основания выявляют себя в большей или меньшей степени.
Скачали: 38 раз
